Небо резко потемнело...
Ваша адзнака: Нет Сярэдні: 5 (2 галасоў)

26 апреля был удивительно яркий и красивый день. К нам пришли друзья нашей семьи со своими детьми, чтобы поздравить моего младшего брата Сашу с днем рождения. Мы вместе долго гуляли по парку, катались на качелях. Все были довольны! И вдруг небо резко потемнело, поднялась сильная песчаная буря. Мы побежали домой, а ветер срывал панамки у малышей и забивал песком глаза, нос, волосы...

Наступили первомайские праздники. Буйно зеленели деревья и трава, каштаны выбросили свои свечки, и никто не знал, что всюду таится опасность.

Моему братику Саше было тогда только два года, и ему все хотелось попробовать: будь то камешек, веточка, листик с дерева. Но ему говорили — нельзя!

А потом начали вывозить детей подальше от радиации, хотя, как показало время, для многих это было уже поздно. Детей эвакуировали классами. Их сопровождали учителя и некоторые родители. Моя бабушка была учительницей младших классов. Вместе с мамой мы ходили провожать ее. Помню огромную толпу людей на вокзале. Родители стояли с одной стороны, а дети с учителями — с другой, у вагонов, Все плакали, тянулись друг к другу. Расставались так, словно не суждено было встретиться! Бабушка со своим классом на все лето уехала в Северную Осетию. До сих пор она рассказывает нам, как их встречали совершенно чужие люди, на руках выносили из вагонов, приглашали к себе домой, приносили фрукты, цветы. Бабушка все эти годы переписывалась с учительницей из Северной Осетии. А теперь там — война, тоже страдают люди.

В середине мая мама, я и Саша уехали в Москву. Позвонил однополчанин дедушки и просто сказал: "У вас беда. Приезжайте". Мы жили в их небольшой двухкомнатной квартире. Милые, отзывчивые люди. Папа нас не провожал. Он — офицер милиции, его отправили в 30-километровую зону помогать эвакуировать людей. В августе 86-го вернулись в Гомель. Мы старались убежать от чернобыльской беды, но она настигла нас.

Чернобыль... Я осязаю горький вкус этого слова. Оно вязнет, перекатывается во рту и застревает в горле. Чернобыль, это ты убил радость в нашей семье, заставил умолкнуть звонкий смех моей мамы, погасил радость в ее глазах.

Мамочка, я, наверно, больше никогда не увижу тебя по-настоящему счастливой. С того страшного дня, когда в клинике НИИ радиационной медицины в Минске тебе сказали, что у твоего младшего сына заболевание щитовидной железы, ты выплакала свои глаза. Тревога навсегда поселилась в сердцах моих родителей. Они прошли все круги ада, помогая моему братику преодолеть недуг. Своими руками мама отнесла его на операционный стол. Две операции, долгое и трудное лечение, многократные обследования.

Мой брат был в числе первых детей, пострадавших от Чернобыля. А сколько их по всей республике! У нас в городе создана организация "Дети в беде", которая объединяет семьи, имеющие детей с заболеваниями крови и щитовидной железы, детей, пострадавших от аварии на ЧАЭС.

Простые люди из Германии, Италии, Австрии и других стран стараются помочь детям. Они принимают их в свои семьи, обогревают теплом и лаской своих сердец. Я сопровождала Сашу в Германию, когда он ездил с группой больных детей. Я смотрела на них и думала, что эти дети — заложники Чернобыля. Среди них была очень веселая и симпатичная девочка Катя. Никому не верилось, что она тяжело больна. Мы ездили весной, а осенью я узнала, что она умерла...

У Саши на столе стоят бумажные журавлики. Их ему подарили японские врачи, которые приезжали в Минскую клинику. Помню, Саша очень плакал, когда узнал о девочке из далекого города Хиросима. Она тоже не успела убежать от беды, не успела доделать своих журавликов...

Хиросима. Чернобыль... Мы живем на такой маленькой планете.

Пепел этих страшных трагедий никогда не остынет в наших сердцах!

Аўтары
Лічыльнікі
Раім наведаць

Каб дадаць спасылку
на Ваш сайт, пiшыце ў
зваротную сувязь

Як нас знаходзяць
-